Почему писатель и волонтер отдает призовой миллион на нужды фронта? Об этом — в беседе с корреспондентом информационного агентства «Цивилизация».
ИГОРЬ ПАНИН: «ВОЛОНТЕР – ЭТО ЗВУЧИТ ГОРДО!»
На днях в Москве назвали лауреатов Национальной литературной премии «Слово». Специальный приз имени Константина Симонова получил поэт, публицист, военкор и волонтер Игорь Панин. Но главным жестом вечера стало не само награждение. Прямо со сцены Панин заявил, что отказывается от призового миллиона рублей и направляет эти средства на нужды фронта.
О личной ответственности писателя в военное время, о границе между словом и делом, о волонтерстве как форме гражданского выбора и о том, почему сегодня литература для него не существует отдельно от реальности, рассказал Игорь Панин в разговоре с ИА Цивилизация.
— Игорь, что для вас означает имя Симонова и этот приз?
— В данном случае это просто премия, деньги от которой можно потратить на нужды фронта в рамках нашего проекта «Буханка» для Донбасса». Вот это самое главное. В этом контексте я обрадовался бы любой присужденной мне премии. К самому Симонову отношусь с большим уважением, помню, как меня когда-то впечатлило его стихотворение «Танк», написанное им еще до Великой Отечественной войны.
— Вы прямо на сцене заявили, что отказываетесь от призового миллиона и направляете его на нужды фронта. Это было спонтанное решение или внутренняя позиция, к которой вы давно пришли?
— Год назад я также был финалистом премии «Слово» в номинации «Мастер. Поэзия». И я тогда еще говорил, что отдам до копейки премию фронту, если мне присудят какое-нибудь призовое место. Но тогда не присудили, зато дали сейчас. И хорошо же – купим на эти деньги пару машин. Или дроны. Или партию гладкоствольных ружей. Ближе к теме разберемся.
— Почему поэт – человек слова – в определенный момент становится волонтером? Где для вас прошла граница между литературой и прямым действием?
— Я и до СВО поддерживал Донбасс. Помогал, по мере сил, деньгами, также оказывал непризнанным республикам активную поддержку в российских СМИ. Меня, кстати, после этого убрали из нескольких литературных жюри, перестали звать на телевидение и радио, включать в какие-то экспертные составы. Это к вопросу о том, насколько было безопасно солидаризироваться с ДНР и ЛНР. В либеральных кругах преобладает мнение, что продонбасская позиция способствовала карьерному росту, хотя все было с точностью до наоборот. Но для поэта, если он настоящий, подобные вещи значения не имеют. Я делал то, что должен был делать.
— Проект «Буханка» для Донбасса» работает с 2022 года. В какой момент вы поняли, что это уже не разовая помощь, а долгосрочная миссия?
— Мы изначально включились в серьезную работу, понимая, что одной-двумя поездками все не закончится. Но мы не думали, конечно, что наша миссия растянется почти на четыре года. Однако делать нечего. Пока есть возможность, надо работать. Да, накапливается усталость, почти все спонсоры отвалились, а тут еще и еще сборы раз от раза все хуже, но вот сейчас упала с неба премия – мы ее пустим в дело. Прорвемся!
— Что, совсем нет спонсоров?
— Есть люди, которые активно нам помогают. Например, гендир издательства «Вече» Леонид Леонидович Палько. Или ребята из издательства СТиХИ Алла Поспелова и Арсений Ли. Но чтоб нас поддерживало какое-то крупное предприятие, какой-то завод – такого, к сожалению, нет. И за три с лишним года нашей деятельности не появилось. Почему? Вопрос не ко мне. Но мы с гордостью можем говорить, что являемся народным проектом, так как основное вспоможение идет от простых людей.
— За это время вы много общались с бойцами и добровольцами. Как, по-вашему, меняются люди на фронте, и что в них меняется быстрее всего?
— Там люди полностью раскрываются. Сразу становится понятно, кто есть кто. Ведь, будем откровенны, не все идут воевать из патриотических убеждений. Кто-то хочет подзаработать, кто-то желает обнуления срока (если речь об осужденных), кто-то пытается укрыться на СВО от каких-то проблем с законом. Народ самый разный. Но это наш народ. Другого нет. И нам с этим народом еще побеждать.
— Как СВО изменила лично вас не только как волонтера, но и как поэта? Изменилось ли ваше отношение к слову, к ответственности за него?
— Никогда не представлялся поэтом в зоне СВО, там я занимаюсь делом, а не раскруткой своего имени. Потому, наверное, не так много стихов об этой войне и написал. Я был готов к любому развитию событий, поскольку, как уже говорил, с самого начала поддерживал и Крым, и Донбасс. С удовольствием пошел бы добровольцем на СВО, если бы не серьезные проблемы со здоровьем (когда тебе за 50, то все очень непросто в этом плане). Нет, я мог бы, наверное, записаться куда-то по блату и сидеть, протирая штаны, на лавке в тылу, но это не интересно. И не совсем честно. Если воевать, то по-настоящему, а не как некоторые опереточные герои.
— Вы напомнили на торжественной церемонии, что в годы Великой Отечественной войны Симонов, Шолохов, Алексей Толстой и другие писатели отдавали свои премии фронту. Чувствуете ли вы себя частью этой традиции — и насколько она сегодня актуальна?
— Это было нормально. Это было естественно. И не только в СССР, но и за его пределами. Американская пресса изумлялась, как может Сергей Рахманинов поддерживать большевиков, которых когда-то не принял? Но он, умирающий старик, который из-за рояля иногда не мог подняться самостоятельно, давал концерты, а выручку отправлял в советское посольство. Примеру Рахманинова последовал Владимир Горовиц и другие музыкальные корифеи. Представляете, какой подъем был? И простые люди это видели, и тоже помогали. А сейчас только и слышно, что народ устал и не готов больше донатить на фронт. Но, может, народ не так сильно уставал бы, если б видел, что многие наши писатели, актеры, музыканты отдают премии и гонорары на СВО? Отдавать или не отдавать – для меня такого вопроса нет. Но это если говорить обо мне.
— Указом Владимира Путина и по представлению Минобороны РФ вы награждены медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени за помощь российской армии. Что для вас важнее – государственное признание или тихая благодарность тех, кому вы помогли напрямую?
— Тут все связано. Государственное признание позволяет эффективнее решать какие-то вопросы. Но, конечно, с простыми бойцами я общаюсь гораздо чаще, чем с представителями Минобороны. И кружка крепкого чая, которой тебя угощают на ЛБС, может быть не менее приятной и волнующей, чем госнаграда.
— Как вы считаете, что сегодня общество чаще всего не понимает о фронте и о людях, которые через него проходят?
— Оно не понимает, что может сидеть по кафешкам, «шопиться» в торговых центрах и трещать в интернетах только потому, что какой-то пацан из Твери или Иркутска сейчас держит оборону в холодном окопе. Мы знаем, что бывает, когда враг заходит на нашу территорию. Но печальная история Курской области многих так ничему и не научила. Только и слышно: «Ой, как устали мы от этой вашей войны…»
— Каким вы видите волонтерское движение и роль литераторов?
— Перефразирую известное изречение: волонтер – это звучит гордо! И роль волонтера, помогающего фронту, сейчас гораздо выше роли литератора, жмущего в потный кулачок выручку. Меня тут в некоторых изданиях, как будто нарочно, назвали волонтером. Понимаете? Премия «Слово» наградила поэтов, прозаиков, критиков, переводчиков и какого-то волонтера. В другое время я бы, может, обиделся, но не теперь.
Справка:
Панин Игорь Викторович – поэт, публицист, волонтер, военкор. Родился в 1972 году в Воронежской области, в конце 70-х переехал с семьей в Грузию, в Тбилиси, где окончил среднюю школу и Тбилисский государственный университет (факультет филологии). С 1998 году живет в Москве. С 2009 года работает в «Литературной газете», где был заведующим отделом литературы, обозревателем, редактором сайта издания. Руководитель гуманитарного проекта «Буханка» для Донбасса», осуществляющего активную помощь российской армии с 2022 года.
Ссылка на оригинал: https://ia-civilization.ru/interview/551-igor-panin-volonter-jeto-zvuchit-gordo.html